Q-Zma's Burrow

В мае Москва другая, она не такая, какой мне показалась зимою — серой, холодной и пустой (несмотря на количество людей, машин и сооружений), злой. Только немного потеплело, как город ожил, засиял всеми цветами радуги,

на деревьях распустились цветы,

расцвели поля одуванчиков, тюльпанов и «анютиных глазок».

Дышать стало легко, люди стали добрее и счастливее.

Приятно было прогуляться по ухоженным паркам, полюбоваться чистотой города. Когда никуда не торопишься, замечаешь узкие интересные улочки, старые дома с красивой архитектурой, замысловатыми гипсовыми завитками на стенах,

множество церквей.

За чистотой Москвы следят приезжие рабочие из Средней Азии — на каждом углу они убрают мусор, косят траву, собирают и в неизвестном направлении увозят тележки с макулатурой. 9 мая у многих этих рабочих был выходной. Их было много, в какой-то момент мне показалось, что этих людей в Москве больше, чем русских. Неприятные чувства вызывали их похотливые взгляды, а также было жутковато идти домой поздно вечером мимо их сборищ.

На праздник в Москву приехало много иностранцев из Европы и Америки, что можно было понять по разговорам, особено часто слышна была итальянская речь. Кроме того встречались китайцы и даже парочка тайцев, но удивительно мало арабов, индусов и негров.

9 мая мы проснулись в 7 утра, ничего не евши, в предвкушении исполнения детской мечты — просмотра парада на Красной площади — выбежали из дома и поехали на метро в сторону центра. Все выходы из метрополитена в центре города закрыли еще в 7 утра, ни на какую площадь никого не пускали, как оказалось, парад воочию могли посмотреть только ветераны, представители СМИ и люди с какими-то мифическими пропусками.

На празднике была масса людей,

все хотели увидеть если даже не парад, то хотя бы военную технику, воздушную и наземную, которую можно было посмотреть уже после выезда с площади на одной из улиц Москвы. Все куда-то щемились, а так как мы не знали, где и что смотреть, то решили довериться стадному инстинкту и двинули за толпой. Она нас привела к еще большей толпе людей, которые выстроились рядами вдоль широкой улицы. Мы безуспешно пытались протиснуться поближе к первому ряду, в итоге оказались только в седьмом. В потной толпе было невыносимо стоять: не хватало воздуха, к тому же впереди из-за голов ничего не было видно — нас хватило всего на полчаса. До прохода автоколонны оставалось чуть меньше часа, и мы пошли гулять вдоль дороги. Все подъезды к улице перекрыли самосвалами. Они были грязные, но никого не остановил этот факт — люди взобрались на него, чтобы было виднее дорогу. Все это напоминало кадры из фильма «Титаник».

Один догадливый мужчина принес с собою стремянку.

Через километр ряды зевак стали редеть, мы воспользовались случаем и втиснулись поближе. Щемиться впереди 3 крупных мужчин я не рискнула, потому попросила пропустить меня вперед. Они без проблем согласились на мою слегка нагловатую просьбу.

Как и ожидалось, в 11 часов полетели вертолеты, их было много, все были разные, летели «порциями». Одна группа вертолетов летела с флагами стран и надписями «65» и «победа». После вертолетов полетели самолеты, разнокалиберные, от самого большого, который летел так рядом, что казалось, если встать на носочки, до него можно дотянуться рукой, дух захватывало. Последней летела французская группа самолетов, сзади них тянулись разноцветные полосы дыма, изображавшие российский флаг.

После этого поехала военная автоколонна. Машины громко сигналили, военные махали зрителям руками, люди радосто кричали и махали в ответ. Многие зрители выходили на дорогу сфотографироваться на фоне едущих машин и танков, несмотря на неоднократные запреты выходить на дорогу. Несколько раз техника останавливалась, потому что даже у них бывают «пробки».

После «парада» мы пошли гулять по городу. Купили на память себе пилотку.

Утро плавно перетекло в обед, и мы забежали в макдональдс перекусить. Огромная очередь быстро рассосалась, так как кассиры работали быстро, но был и неприятный момент в посещении этого заведения — обед вышел почти в 2 раза дороже, чем в харьковских макдональдсах.
Быстренько проглотив еду, мы отправились на исследование города.

Побывали на выставке пейзажной фотографии,

рассмотрели объемную фоторгафию в специальных бумажных очках с одним синим «глазом», другим — красным,

напились воды из фонтана (московской водой не отравишься, даже если пить ее из крана — хватает всего лишь фильтра-стакана).

По дороге нам попалось кафе и лавка студии Артемия Лебедева, куда мы зашли попить кофейку и воды. За соседним столиком сидел актер Артур Смольянинов, сыгравший в фильме «9 рота» и, наверное, многих других.

После чашечки вкусного кофе (на вкус Дениса, хотя он очень привередливый), мы зашли в лавку прикупить сувениры и после этого напрвились в сторону Красной площади, которую должны были открыть в 16.00.

Мы долго бродили по городу, фотографировали людей, играющих танцующих и поющих ветеранов, просто прохожих, дома и машины.

Мы гуляли, мы гуляли, наши ножечки устали, а сейчас мы отдохнем, и потому мы в парке завалились в траву под деревом. Никто на нас косо не смотрел, не только потому, что здесь всем пофигу, но и потому что многие отдыхали на траве в парках: кто-то ел, кто-то лежа мечтал или спал, некоторые люди фотографировались. Деня умдрился испачкать штаны, из-за чего потом ходил и прикрывал пятна рубашкой.

Наконец мы добрались до самого сердца города, перед этим пройдя 5 металлоискателей, уже устали снимать и одевать сумки. В Александровский парк изо всех дыр как муравьи стали стекаться люди. Многие несли цветы, шары,

флаги разных размеров,

были одеты в пилотки, к одежде приколи геориевские ленточки.

В саду цветами красиво оформили клумбы в форме красной звезды и черно-оранжевых георгиевских лент, везде высадили разных сортов и цветов тюльпаны, как будто это была выставка цветов, вдоль аллей посадили крупные красивые фиалки. Вода в фонтанах красиво переливалась в лучах солнца. Дети и молодежь бегали возле них, брызгались водою, фотографировались или просто отдыхали.

Как и по всему городу здесь люди отдыхали на траве.

Было много ветеранов, все они были с цветами, кто-то был в форме, кто-то без. Некоторых из них как здесь, так и во время прогулки по городу мы пофотографировали.

К вечному огню для возложения цветов людей пропускали группами. Кто-то пытался сфотографироваться возле часового, но это дело сразу же пресекалось.

На улице стояла жаркая погода. Для разгона облаков на время парада было потрачено 24 миллиона рублей (около 760 тысяч долларов), вечером уже пошел дождь.

После прогулки по площади, мы пошли на концерт, куда всех выпроваживала милиция.

Каким же было наше удивление, когда вместо пугачевых и киркоровых мы увидели на сцене каких-то забытых или неизвестных «звезд» типа Кати Лель, группы «Hi-Fi», «Не стрелки», Виктора Рыбина и Натальи Сенчуковой и всякого другого отстоя.

Решили выяснить у милиционеров, единственный ли это концерт в городе, и когда не получили ответ на свой вопрос, отправились обратно на Красную площадь, где в 22.00 должен был быть салют. Пока мы шли, поднялся ветер и полил дождь, на улице резко похолодало. Времени оставалось еще около часа, и мы забежали в ГУМ погреться, немного пофотографировали, зашли в пару магазинов и вышли полюбоваться салютом.

Дождь не прекращался, но на людей это никак не повлияло, все визжали от радости и снимали салют на телефоны и фотоаппараты. Несмотря на то, что в этот день люди были трезвые (во время прогулки наблюдали картину, как двое мужчин пьют кисломолочный напиток «Тан»),

атмосфера была веселая и непринужденная, никаких драк или даже скандалов мы не видели за целый день.

Салют нам показался слабоватым, но думаю, что его нужно было смотреть не с площади, а со стороны Москва-реки, чтобы ощутить всю его мощь и количество денег, потраченное на него.

После салюта на большом экране включили трансляцию главного концерта, который, как выяснилось, проходил на стадионе «Олимпийский».

Когда на сцену вышел президент с поздравлениями, зрители радовались так, как будто выиграли по 10 миллионов каждый. После пламенной речи о непобедимости и крутости, выступили Трофим, Лещенко, затем на сцену вышел Николай Расторгуев, в форме, хотя последнее время я его если и видела по телевизору на концертах, то в костюме. Вся площадь пела с ним «Комбат». Люди как зомбированные стояли и пели.

Затем спел песню Кобзон, и на этой трогательной ноте мы ушли. Домой попали только в полдвенадцатого.